Summertime если не самая перепеваемая песня в мире, то одна из самых.
Количество кавер-версий уже приближается к ДВУМ тысячам.
Среди каверкающих есть и такие динозавры как Фрэнк Заппа и R.E.M.
или скромные ребята вроде “5′nizza”.



Должен признаться, я тоже попал
под влияние всемогущей композиции – я постоянно её напеваю или насвистываю,
даже убаюкиваю своего детеныша. И это продолжается уже около года.
Не было и дня чтоб я её хоть раз не вспомнил.
Вот я и подумал: “Может если я её переведу, она отпустит меня?”

Summertime.

Summertime and the living is easy,
Fish are jumping and the cotton is high.
Your daddy is rich and your ma’ is good lookin’,
So hush, little baby, baby, don’t you cry.

One of these mornings you’ll gonna rise up singin’,
Then you’ll spread your wings and you’ll take the sky.
But till that morning there’s nothing can harm you,
With daddy and mammy, mammy standing by.

So don’t you cry.

Вот и лето.

Вот и лето – время дивного сна.
Рыба сама плывет в сети, и хлопок растет до небес.
Твой папаша богат, а мама отнюдь не дурна.
Так не плачь детка, пока у тебя это есть.

В одно прекрасное утро ты поднимешься с песней,
Расправишь крылья и взлетишь над Землей.
Но пока не стоит бояться тревожных известий,
Ведь твои любимые мама и папа с тобой.
Детка, не плачь.

Один умный человек сказал:
“Делая что-то на публику, ты должен сидеть в зрительном зале”.
И был прав. Я много думал над этими словами.
Действительно, я против того, чтобы просто испражняться, вываливая свое нутро на сцену (нате вам), не задумываясь над результатом.
Но еще более во мне вызывает отторжение та мысль, что художник зависит от зрителя и должен быть ему по гроб благодарен за признание.
Выставка – это всего лишь маленькая вершина айсберга. А то, что под водой – это и есть жизнь в искусстве: внутренние брожения, анализ среды, борьба формы с содержанием, образа с материалом, творческие комы и откровения. Я смотрю вокруг и вижу сияющее Безумие и искрящиеся Чудеса, танцы Жизни и Смерти, беспощадность Бога и сладострастие Дьявола, а мне говорят, что если зритель этого не увидел, то художник творил зря, что массовость – основа искусства.

PS:

Ха и так далее.
Уильям Голдинг

В начале 20 века появились некие ребята, жутко уставшие от классического искусства и его монументальных вечных истин. И решили они новое искусство утвердить, учитывающее течение времени и запечатлевающее его яркие моменты.  Один насмешливый критик обозвал их “впечатленцами”, то есть “импрессионистами“.

Прошел век.
И вот почти каждый хомофотус имеет возможность запечатлеть яркий момент. Белочка ли из-за дерева выскочила, пожар ли, авария, конец света, из восхищенной толпы высовываются сотни рук, уверенно держащие сотовые телефоны с камерой фигзнаетсколько пикселей. И вот один из хомофотусов возвращается домой и радостно загружает свою белочку на какойнибудьфото.ру.
Поздравляем вас!!!! Ваша белочка стала 1000 000-ной в нашем белкобанке!!!

Не фотографируй ты эту белку. Посмотри, какая она красивая. Полюбуйся на нее, а не трать время на сохранение визуального образа. Тебе достанутся только пиксели вместо воспоминаний.

А чтобы запечатлеть невероятный тот самый неуловимый миг жизни, фотографы месяцами вcтают в 5 утра до восхода солнца и отправляются на одно и тоже место и снимают снимают снимают, так эдак, в дождь снег жару. И вот оно божье благословение!!! Один снимок. Но КАКОЙ!

Хомофотус – человек фотографирующий. Он не участвует в жизни, а лишь фиксирует её для последующего выкладывания в интернет. Являясь жертвой общества потребления, хомофотус не понимает, что производство ценного продукта требует затрат душевных и физических, для этого не достаточно просто взять то, что лежит на поверхности.

[Можно открывать двери]
Там за дверью нарастает суета.  Он сидит в углу с флягой виски. Картины висят.
Из подсобки появляется человек в грязно-фиолетовом (ужасный оттенок) свитере и открывает дверь. Идет обратно в подсобку.
[Захвати швабру]
Убирает швабру. Вваливается народ. Людей немного, но двери узкие. Эффект толпы.
Кто-то фотографирует. Кто-то что-то записывает. Кто-то время от времени подходит к человеку в углу. поздравляет. они смеются.
Стол с бутербродами и вином не заставляет себя долго ждать. вот все уже ходят с бокалами и бутербродами. вот уже пустые тарелки.
Все прощаются по очереди. Помещение пустеет. Пара человек еще не знают куда пойти после. Перебирают фамилии в сотовом. звонят.
Человек сидит в углу. Фляга почти пуста. Шумно входят несколько человек.
[Поехали]
[Поехали]
Пусто. Картины висят. Из подсобки появляется человек со шваброй. Подметает. салфетки. куски ветчины. стекла.
Входит директор.
[А где куратор?]
[Уехал с друзьями]
[Ну как тебе открытие?]
[неплохо. всегда интересно посмотреть свои работы в другом пространстве]
[та особенно удачно повешена]
[да]
Директор уходит.человек со шваброй смотрит на свои картины. картины висят. занавес.